Введение

Сахарный диабет (СД) 2 типа стал одним из определяющих неинфекционных заболеваний современнос­ти, что обусловлено его высокой распространен­ностью и ведущей ролью метаболических нарушений в формировании хронических сосудистых осложнений [1–4].

Согласно данным 2024 г., в мире СД страдали 589 млн взрослых и к 2050 г. их число могло увеличиться до 853 млн. Ежегодные расходы систем здравоохранения, связанные с этим заболеванием, составляют около 1 трлн долл. США.

Несмотря на растущее бремя СД 2 типа, его выявляемость остается крайне низкой. Считается, что примерно 43% случаев заболевания не диагностированы [1, 2, 5]. В Российской Федерации на 1 января 2023 г. насчитывалось 4,96 млн больных диабетом. При этом у большинства из них (практически 92%) имел место СД 2 типа [3, 6]. Согласно оценкам международных экспертов, в 2024 г. реальное число взрослых с диабетом в России составляло порядка 7,6 млн, что подчеркивает наличие диагностического пробела [4, 7].

К сожалению, несмотря на расширение терапевтических возможностей, в частности благодаря введению в клиническую практику современных сахароснижающих препаратов, достижение стабильного гликемического контроля у значительной части пациентов по-прежнему представляет значительную трудность [8–11].

Основным показателем оценки эффективности гликемического контроля традиционно является уровень гликированного гемоглобина (HbA1c), представляющий собой средний уровень глюкозы в крови за предшествующие два-три месяца. Однако он не отражает суточную вариабельность гликемии, частоту гипо- и гипергликемических эпизодов, а также динамику колебаний уровня глюкозы в крови, которые независимо от других факторов могут влиять на метаболический риск [12–15]. В последние годы все большее значение придается расширенным показателям гликемического контроля, включая время нахождения глюкозы в целевом диапазоне (time in range, TIR), вариабельность гликемии и частоту гипогликемий [8, 16, 17].

Развитие технологий способствовало внедрению в клиническую практику разных способов оценки гликемии, включая портативные глюкометры для самоконтроля глюкозы в крови (self-monitoring of blood glucose, SMBG), системы интермиттирующего сканирования глюкозы (intermittently scanned continuous glucose monitoring, isCGM) и системы непрерывного мониторинга глюкозы в режиме реального времени (real-time continuous glucose monitoring, rtCGM) [8, 16, 18, 19]. Они позволяют более полно оценить суточный гликемический профиль и, как следствие, сформировать индивидуализированные стратегии ведения пациентов [20–23].

В настоящем обзоре мы обобщили данные литературы об эффективности применения SMBG, isCGM и rtCGM для оценки гликемического контроля и метаболического здоровья у взрослых пациентов с СД 2 типа, а также проанализировали роль интегральных метаболических индексов, в частности индекса триглицериды/глюкоза (TyG) и комбинированного индекса CRP-TyG (CTI), объединившего показатели системного воспаления и инсулинорезистентности, в оценке метаболического риска [24–28].

Материал и методы

Нарративный обзор с элементами систематического анализа выполнен в соответствии с рекомендациями PRISMA для обзорных публикаций.

Поиск литературы проводился в электронных базах данных PubMed/Medline, Cochrane Library, Google Scholar и eLibrary за период с 2016 по 2025 г. Использовали ключевые слова на русском и английском языках, связанные с мониторингом гликемии, показателями гликемического контроля и метаболическим здоровьем.

В обзор включали рандомизированные контролируемые исследования, наблюдательные исследования, систематические обзоры, метаанализы и исследования в условиях реальной клинической практики, посвященные применению разных методов мониторинга гликемии у взрослых пациентов с СД 2 типа (табл. 1). Из анализа исключали исследования, проведенные только в отношении лиц с СД 1 типа и беременных, клинические случаи и публикации без оценки клинических или метаболических исходов (см. табл. 1).

Результаты

Анализ отобранных публикаций показал, что методы мониторинга гликемии существенно различаются по степени информативности и влиянию на пара­метры гликемического контроля [20–23].

Использование систем непрерывного мониторинга глюкозы ассоциировано с более выраженным снижением уровня HbA1c, особенно у пациентов с исходно неудовлетворительным гликемическим контролем и получающих инсулинотерапию [21–23, 29]. Наиболее выраженный эффект в отношении улучшения значений HbA1c наблюдается при применении rtCGM [22, 23, 29, 30].

TIR считается одним из наиболее чувствительных маркеров эффективности мониторинга гликемии. Согласно данным литературы, применение isCGM и rtCGM сопровождалось увеличением времени нахождения пациента в целевом диапазоне по сравнению с использованием SMBG [20–23]. При этом rtCGM обеспечивала наибольший прирост данного показателя [23, 30].

CGM-технологии также превосходили SMBG в выявлении гипогликемических эпизодов, включая бессимптомные и ночные, а также в оценке вариабельности гликемии [8, 12, 14–16]. Сравнительная эффективность разных методов мониторинга гликемии представлена в табл. 2.

Обсуждение

Полученные данные свидетельствуют, что современные технологии мониторинга гликемии существенно повышают качество гликемического конт­роля по сравнению с традиционным SMBG [8, 16, 20, 21]. Преимущества CGM-технологий обусловлены возможностью непрерывной оценки гликемического профиля, выявления скрытых нарушений гликемии и снижения вариабельности уровня глюкозы в крови [16, 17, 31].

Особый интерес представляет потенциальное влияние методов мониторинга гликемии на показатели метаболического здоровья. Улучшение гликемичес­кого профиля и снижение глюкозотоксичности опосредованно могут способствовать положительным изменениям артериального давления, липидного профиля и распределения жировой ткани [32–34]. Однако в настоящее время данные об этих эффектах остаются ограниченными и неоднородными, что не позволяет сделать окончательный вывод [20–23].

Интегральные метаболические индексы – TyG и CRP-TyG – рассматриваются как потенциальные маркеры инсулинорезистентности и метаболического здо­ровья [24–27]. Однако их связь с методами мониторинга гликемии изучена недостаточно [25–28]. Концептуальная взаимосвязь методов мониторинга гликемии, показателей гликемического контроля и метаболичес­кого здоровья представлена на рисунке.

Выводы

Исходя из полученных результатов, можно сделать следующие выводы.

1. Современные технологии мониторинга гликемии превосходят традиционный SMBG по информативности и эффективности оценки гликемического контроля.
2. Мониторинг с помощью rtCGM обеспечивает наиболее полную оценку суточного гликемического профиля и наиболее выраженное улучшение TIR и вариабельности гликемии.
3. Влияние методов мониторинга гликемии на показатели метаболического здоровья требует дальнейшего изучения.
4. Интегральные метаболические индексы TyG и CRP-TyG представляют собой перспективные инструменты комплексной оценки метаболического риска у пациентов с СД 2 типа. 

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки.