количество статей
6439
Загрузка...
Теория

COVID-19 у больных ревматоидным артритом: течение и исходы

Е.С. Аронова
Б.С. Белов
Г.И. Гриднева
Научно-исследовательский институт ревматологии им. В.А. Насоновой
Адрес для переписки: Евгения Сергеевна Аронова, eugpozd@mail.ru
Для цитирования: Аронова Е.С., Белов Б.С., Гриднева Г.И. COVID-19 у больных ревматоидным артритом: течение и исходы. Эффективная фармакотерапия. 2023; 19 (29): 34–40.
DOI 10.33978/2307-3586-2023-19-29-34-40
Эффективная фармакотерапия. 2023.Том 19. № 29. Ревматология, травматология и ортопедия
  • Аннотация
  • Статья
  • Ссылки
  • English
Накопленные в первые годы пандемии данные позволили изучить особенности течения COVID-19 у больных ревматоидным артритом (РА). Установлено, что у пациентов с РА повышен риск заражения SARS-CoV-2 в связи с нарушениями в работе иммунной системы, проведением противоревматической терапии, включая прием глюкокортикоидов и генно-инженерных биологических препаратов, и наличием сопутствующей патологии. 
После начала кампании по вакцинации против COVID-19 у пациентов с РА риск инфицирования COVID-19 и степень его тяжести снизились. Однако новые данные свидетельствуют о том, что страдающие РА могут подвергаться риску развития постковидного синдрома. Именно поэтому необходимо соблюдать настороженность в отношении снижения риска заражения и как можно раньше начинать лечение COVID-19 и реабилитацию в данной популяции. 
Актуальны дальнейшие исследования клинических исходов и механизмов возникновения постковидного синдрома у больных РА.
  • КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: COVID-19, постковидный синдром, ревматоидный артрит, генно-инженерная биологическая терапия, базисные противовоспалительные препараты
Накопленные в первые годы пандемии данные позволили изучить особенности течения COVID-19 у больных ревматоидным артритом (РА). Установлено, что у пациентов с РА повышен риск заражения SARS-CoV-2 в связи с нарушениями в работе иммунной системы, проведением противоревматической терапии, включая прием глюкокортикоидов и генно-инженерных биологических препаратов, и наличием сопутствующей патологии. 
После начала кампании по вакцинации против COVID-19 у пациентов с РА риск инфицирования COVID-19 и степень его тяжести снизились. Однако новые данные свидетельствуют о том, что страдающие РА могут подвергаться риску развития постковидного синдрома. Именно поэтому необходимо соблюдать настороженность в отношении снижения риска заражения и как можно раньше начинать лечение COVID-19 и реабилитацию в данной популяции. 
Актуальны дальнейшие исследования клинических исходов и механизмов возникновения постковидного синдрома у больных РА.
Оценка иммуногенности вакцинации против COVID-19 у больных РА и другими ИВРЗ
Оценка иммуногенности вакцинации против COVID-19 у больных РА и другими ИВРЗ

На сегодняшний день в мире насчитывается порядка 20 млн страдающих ревматоидным артритом (РА), которые как минимум один раз были инфицированы SARS-CoV-2 с начала пандемии в 2020 г. В ходе сравнительного когортного исследования клинического течения и исходов COVID-19, выполненного K.M. D’Silva и соавт. в ряде регионов США с наибольшими эпидемиологическими показателями данной инфекции у пациентов с иммуновоспалительными ревматическими заболеваниями (ИВРЗ), среди которых преобладал РА, таким больным чаще требовались лечение в условиях отделения интенсивной терапии и дополнительная оксигенация (относительный риск (ОР) 3,11 при 95%-ном доверительном интервале (ДИ) 1,07–9,05) [1]. В исследовании, проведенном T.Y. Hsu и соавт., анализ медицинской документации госпитализированных больных показал, что при ИВРЗ чаще возникали тяжелые осложнения, в том числе гипервоспалительный синдром (синдром активации макрофагов) [2]. В других исследованиях у больных РА также фиксировались более тяжелое течение пневмонии, что подтверждалось данными лучевой диагностики [3], меньшая реактивность гуморального иммунитета после перенесенной инфекции [4], длительное выделение SARS-CoV-2 после клинического выздоровления [5] и высокая частота неблагоприятных исходов у получавших анти-В-клеточную терапию [6].

На исходе первого года пандемии были опубликованы данные Глобального ревматологического альянса о факторах риска госпитализации и смерти в связи с COVID-19 [7, 8], к которым были отнесены некоторые противоревматические препараты [9], коморбидные заболевания, активность ИВРЗ, определенная раса/этническая принадлежность [10], а также территориальные/социальные факторы [11]. Метаанализ и систематический обзор R. Conway и соавт. свидетельствуют о том, что у пациентов с ИВРЗ имел место более высокий риск заражения COVID-19 (отношение шансов (ОШ) 1,53 (95% ДИ 1,16–2,01)) и смерти (ОШ 1,74 (95% ДИ 1,08–2,80)) по сравнению с общей популяцией [12].

Накопленные в первые годы пандемии данные позволили провести исследования в группах пациентов, стратифицированных по ревматическим нозологиям, в том числе с РА. Установлено, что у лиц с РА риск заражения SARS-CoV-2 был увеличен в связи с иммунопатологическими расстройствами в рамках основного заболевания, проводимой противоревматической терапией, включая прием глюкокортикоидов (ГК) и генно-инженерных биологических препаратов (ГИБП), и сопутствующей патологией. Так, согласно данным B.R. England и соавт., риск COVID-19 у больных РА оказался на 25% выше, чем у пациентов без РА (скорректированный коэффициент риска (сКР) 1,25 (95% ДИ 1,13–1,39)) [13]. При этом указанные риски у лиц с антителами к циклическому цитруллинированному пептиду (АЦЦП) и/или ревматоидным фактором (РФ) не превосходили таковые у больных серонегативным РА. Аналогичные результаты были получены другими исследователями. В частности, в работе Y. Wang и соавт. при сравнении заболеваемости COVID-19 у пациентов с и без РА скорректированный коэффициент риска вероятного/подтвержденного или подтвержденного COVID-19 составил 1,19 (95% ДИ 1,05–1,36) и 1,42 (95% ДИ 1,01–1,95) соответственно [14].

Некоторые противоревматические препараты, в том числе ГК, стандартные (с) и таргетные (т) базисные противовоспалительные препараты (БПВП), а также ГИБП могут влиять на противоинфекционный иммунитет и повышать восприимчивость к COVID-19. В упоминавшемся выше исследовании среди больных РА, получавших тБПВП/ГИБП в сочетании с ГК, отмечены максимальные риски как развития COVID-19, так и госпитализации/летального исхода, обусловленных данной инфекцией (сКР 1,66 (95% ДИ 1,36–2,03) и 2,12 (95% ДИ 1,48–3,03) соответственно) [13].

Таким образом, РА per se, сопутствующие факторы и противоревматическая терапия влияют на заболеваемость инфекцией, вызванной SARS-CoV-2.

Ревматоидный артрит и течение/исходы COVID-19

Пациенты с ИВРЗ, в том числе с РА, подвержены большему риску тяжелого течения COVID-19 по сравнению со здоровой когортой, включая тяжелое поражение легких (20 и 11% соответственно, p = 0,02), госпитализацию в инфекционное отделение (ОР 1,14 (95% ДИ 1,03–1,26)) или отделение интенсивной терапии (ОР 1,32 (95% ДИ 1,03–1,68)), развитие острой почечной недостаточности (ОР 1,81 (95% ДИ 1,07–3,07)), венозной тромбоэмболии (ОР 1,74 (95% ДИ 1,23–2,45)) и необходимость искусственной вентиляции легких (ИВЛ) (ОШ 3,11, p = 0,02) [1, 3, 15, 16]. Некоторые исследователи выделяют дополнительные факторы риска тяжелого течения COVID-19. Так, согласно данным M.A. Gianfrancesco и соавт., повышенному риску госпитализации, потребности в ИВЛ и смерти подвержены представители негроидной расы (скорректированное ОШ (сОШ) 2,74 (95% ДИ 1,90–3,95)), латиноамериканцы (сОШ 1,71 (95% ДИ 1,18–2,49)) и монголоиды (сОШ 2,69 (95% ДИ 1,90– 3,95)) по сравнению с европейцами [10]. По мнению авторов, эти данные иллюстрируют особенности течения ИВРЗ и доступность медицинской помощи в разных странах. Риск смерти от COVID-19 увеличивают такие факторы, как пожилой возраст (ОШ 3,00 (95% ДИ 2,13–4,22)), мужской пол (ОШ 1,46 (95% ДИ 1,11–1,91)), артериальная гипертензия в сочетании с другими сердечно-сосудистыми заболеваниями (ОШ 1,89 (95% ДИ 1,31–2,73)), хронические болезни легких (ОШ 1,68 (95% ДИ 1,26–2,25)) и умеренная/высокая активность ИВРЗ (ОШ 1,87 (95% ДИ 1,27–2,77)) [8].

В нескольких работах показано, что РА ассоциируется с более тяжелым течением COVID-19, включая повышенную частоту госпитализаций [13], развитие венозной тромбоэмболии и сепсиса [17], а также летального исхода [17, 18].

Некоторые исследователи выделяют ряд факторов, ассоциирующихся с ухудшением прогноза COVID-19 у больных РА. Речь, в частности, идет о серопозитивности по РФ и АЦЦП, наличии эрозивного артрита и интерстициального поражения легких. Так, G. Figueroa-Parra и соавт. в ходе ретроспективного сравнительного многоцентрового когортного исследования показали, что пациенты с РА по сравнению с общей популяцией были подвержены более высокому риску госпитализаций или летального исхода в результате COVID-19 (ОР 1,75 (95% ДИ 1,45–2,10)). В то же время у серопозитивных по РФ и АЦЦП пациентов, а также пациентов с активным эрозивным артритом имел место более высокий внутригрупповой риск вышеуказанных событий (ОР 1,97 (95% ДИ 1,58–2,46) и 1,93 (95% ДИ 1,41–2,63) соответственно). Кроме того, риск тяжелого течения COVID-19 был выше у пациентов с РА, осложненным интерстициальным поражением легких (ОР 2,50 (95% ДИ 1,66–3,77)) [19].

Противоревматическая терапия и исходы COVID-19

При анализе базы данных Глобального ревматологического альянса установлено, что больные, в том числе с РА, получавшие ритуксимаб (РТМ) и высокие дозы ГК (> 10 мг/сут в эквиваленте преднизолона), подвергались большему риску тяжелого течения COVID-19 [8]. В отношении с/тБПВП и других ГИБП получены разрозненные результаты, что требует дополнительных исследований. Так, согласно данным H. Bower и соавт., тБПВП и ГИБП не увеличивали потребность в стационарном лечении COVID-19 у больных ИВРЗ [20]. В вышеупомянутом исследовании было показано, что некоторые ГИБП, в частности ингибиторы фактора некроза опухоли α (иФНО-α), ассоциировались со снижением тяжести течения COVID-19 и частоты госпитализаций [7]. Результаты другого когортного исследования продемонстрировали, что у пациентов с РА применение РТМ и ингибиторов интерлейкина (ИЛ) 6 ассоциировалось с повышением частоты госпитализаций по сравнению с использованием иФНО-α [17]. В то же время между группами, получавшими ингибиторы янус-киназ/абатацепт/иФНО-α, различий по указанному показателю не получено [17]. В когортном исследовании, проведенном N. Singh и соавт., у пациентов с РА, получавших РТМ, при развитии COVID-19 отмечен более высокий риск госпитализаций (сОР 2,1 (95% ДИ 1,5–3,0)), в том числе в отделение интенсивной терапии (сОР 5,2 (95% ДИ 1,8–15,4)), а также потребности в ИВЛ (сОР 2,7 (95% ДИ 1,4–5,5)) по сравнению с получавшими только БПВП [21].

Постковидный синдром

В октябре 2021 г. эксперты Всемирной организации здравоохранения определили постковидный синдром (ПКС) как состояние, которое возникает у лиц с наличием в анамнезе вероятной или подтвержденной инфекции, вызванной SARS-CoV-2, как правило, в течение трех месяцев с момента дебюта COVID-19 и характеризуется наличием симптомов на протяжении не менее двух месяцев, а также невозможностью их объяснения альтернативным диагнозом [22].

Имеющиеся на сегодняшний день данные позволяют предполагать, что ИВРЗ, в том числе РА, и ПКС имеют схожий патогенез, определяемый аутоиммунными реакциями, развитием фиброза, гиперкоагуляции и воспаления.

Известно, что вирусные инфекции, в том числе вызванные коронавирусами, являются триггером развития и обострения ИВРЗ. Считается, что ПКС может модифицировать течение РА, усугубляя системное воспаление [23]. Так, в исследовании RheumCARD из 174 пациентов с ИВРЗ, в том числе 50% с РА, перенесших COVID-19, у 45% симптомы COVID-19 продолжались не менее 28 дней. К факторам риска развития ПКС были отнесены сравнительно большее количество симптомов COVID-19 и потребность в госпитализации в инфекционной фазе болезни [24]. Согласно нашим данным, частота развития ПКС при РА составила 47,8%. Данный синдром преимущественно был представлен слабостью, повышенной утомляемостью, снижением концентрации внимания, нарушениями сна, усилением артралгий и одышкой при физической нагрузке. В среднем (медиана) каждый пациент отмечал 10 (6,5; 12,0) симптомов ПКС одновременно. При этом у больных РА и ПКС отмечались более высокая частота госпитализаций и более тяжелое течение COVID-19 [25].

Вакцинация и течение COVID-19

Вакцины против SARS-CoV-2 снижают риск заражения и тяжесть течения COVID-19 у лиц с ослабленным иммунитетом [26]. Однако РА и/или препараты, назначаемые для его лечения, в определенной степени ослабляют иммуногенный эффект вакцин (таблица) [27–42].

Показано, что у вакцинированных лиц с РА повышалась частота заражения SARS-CoV-2, так называемая прорывная инфекция, по сравнению с группой контроля [43]. Ранее уже было известно, что пациенты с ИВРЗ более подвержены прорывным инфекциям [44], даже с неблагоприятным исходом. Особенно это касалось получавших РТМ и микофенолата мофетил (ММФ) [45]. Ретроспективный анализ данных крупной американской когорты показал, что среди невакцинированных пациентов с РА увеличен риск госпитализаций и летального исхода, ассоциированных с COVID-19, по сравнению с общей популяцией при оценке в контрольной точке через три месяца наблюдения (сОР 1,62 (95% ДИ 1,34–1,96) и 1,88 (95% ДИ 1,37–2,60) соответственно). В то же время среди вакцинированных у больных РА уровень заражения COVID-19 был выше по сравнению с общей популяцией при оценке девятимесячного временного интервала (сКР 1,10 (95% ДИ 1,00–1,20)), при этом в контрольных точках через три и шесть месяцев различий не наблюдалось [18]. Согласно данным общенационального датского исследования, несмотря на то что потребность в госпитализации у пациентов с РА по сравнению с лицами контрольной группы была выше независимо от статуса вакцинации, риск госпитализаций был ниже в когорте вакцинированных (сОР 1,22 (95% ДИ 1,09–1,57) и 1,09 (95% ДИ 0,92–1,14) соответственно). У невакцинированных пациентов с РА, получавших РТМ, вероятность госпитализации была значительно выше, чем у применявших БПВП, и этот показатель оставался повышенным в группе вакцинированных [46]. I. Jyssum и соавт. установили, что среди больных РА, получивших две дозы вакцины против SARS-CoV-2, серологический ответ на вакцинацию в группе РТМ отмечался значимо реже, чем в контрольной группе, – 21 и 98% соответственно (p < 0,0001). У 16,3% применявших РТМ серологический ответ наблюдали только при введении бустерной дозы вакцины. В этом же исследовании оценивался Т-клеточный ответ, который у пациентов исследуемой группы также был сглажен после второй и повышался после третьей дозы вакцины [47].

Таким образом, применение ряда противоревматических препаратов может негативно влиять на поствакцинальный ответ и повышать риск развития прорывной инфекции COVID-19.

В клинической практике при применении различных вакцин, в том числе против SARS-CoV-2, нередки ситуации, когда те или иные антигены, полученные из инфекционных агентов и являющиеся вакцинальными компонентами, могут выступать в качестве триггеров развития различных аутоиммунных феноменов, в том числе возникновения или обострения уже существующих ИВРЗ, включая РА [48–50]. Однако, как свидетельствуют данные обзора, выполненного отечественными авторами, в целом частота активации ИВРЗ после вакцинации против COVID-19 представляется достаточно низкой (5–7%) и не имеет статистически значимых ассоциаций с конкретной вакциной или проводимой противоревматической терапией [51].

Следует подчеркнуть, что, несмотря на риск развития прорывных инфекций и минимальную вероятность обострения РА, равно как и других ИВРЗ, эксперты всех международных и национальных ревматологических научных обществ, включая Ассоциацию ревматологов России [52], поддерживают положение о том, что польза от вакцинации значительно превосходит потенциальный вред, связанный с развитием вышеуказанных явлений, поскольку вакцинация, несомненно, снижает риск инфицирования SARS-CoV-2 и тяжелого течения COVID-19.

Заключение

С начала пандемии COVID-19 накоплен большой объем информации, касающейся частоты, особенностей клиники и исходов этого заболевания у пациентов ревматологического профиля, а также его влияния на течение РА и других ИВРЗ. Несомненного внимания заслуживает ПКС, оценка риска развития которого необходима для адекватного распределения нагрузки на систему здравоохранения, а также для разработки стратегии, направленной на его профилактику, своевременную диагностику и лечение при РА в частности и ИВРЗ в целом. При активной вакцинации наблюдается явное снижение частоты тяжелого течения COVID-19 и летальных исходов, связанных с данной инфекцией. Однако в данной области остается ряд нерешенных вопросов, в частности разработка графика бустерной вакцинации, активное изучение и быстрое внедрение в практику новых антиковидных вакцин и препаратов, содержащих моноклональные антитела, направленные на нейтрализацию циркулирующих и возможных будущих штаммов SARS-CoV-2. Для достижения указанных целей необходимы новые широкомасштабные исследования на крупных когортах пациентов с ИВРЗ. 

Заявление о конфликте интересов

Исследование выполнено в рамках темы ФГБНУ «Научно-исследовательский институт ревматологии им. В.А. Насоновой», № государственного задания 1021051503137-7. Исследование не имело спонсорской поддержки.
Конфликт интересов отсутствует.

  • КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: COVID-19, постковидный синдром, ревматоидный артрит, генно-инженерная биологическая терапия, базисные противовоспалительные препараты
1. D’Silva K.M., Serling-Boyd N., Wallwork R., et al. Clinical characteristics and outcomes of patients with coronavirus disease 2019 (COVID-19) and rheumatic disease: a comparative cohort study from a US 'hot spot'. Ann. Rheum. Dis. 2020; 79 (9): 1156–1162.
2. Hsu T.Y., D’Silva K.M., Patel N.J., et al. Laboratory trends, hyperinflammation, and clinical outcomes for patients with a systemic rheumatic disease admitted to hospital for COVID-19: a retrospective, comparative cohort study. Lancet Rheumatol. 2021; 3 (9): e638–e647.
3. Patel N.J., D’Silva K.M., Li M.D., et al. Assessing the severity of COVID-19 lung injury in rheumatic diseases versus the general population using deep learning-derived chest radiograph scores. Arthritis Care Res. (Hoboken). 2023; 75 (3): 657–666.
4. D’Silva K.M., Serling-Boyd N., Hsu T.Y., et al. SARS-CoV-2 antibody response after COVID-19 in patients with rheumatic disease. Ann. Rheum. Dis. 2021; 80 (6): 817–819.
5. Choi B., Choudhary M.C., Regan J., et al. Persistence and evolution of SARS-CoV-2 in an immunocompromised host. N. Engl. J. Med. 2020; 383 (23): 2291–2293.
6. Patel N.J., D’Silva K.M., Hsu T.Y., et al. Coronavirus disease 2019 outcomes among recipients of anti-CD20 monoclonal antibodies for immune-mediated diseases: a comparative cohort study. ACR Open Rheumatol. 2022; 4 (3): 238–246.
7. Gianfrancesco M., Hyrich K.L., Al-Adely S., et al. Characteristics associated with hospitalisation for COVID-19 in people with rheumatic disease: data from the COVID-19 Global Rheumatology Alliance physician-reported registry. Ann. Rheum. Dis. 2020; 79 (7): 859–866.
8. Strangfeld A., Schafer M., Gianfrancesco M.A., et al. Factors associated with COVID-19-related death in people with rheumatic diseases: results from the COVID-19 Global Rheumatology Alliance physician-reported registry. Ann. Rheum. Dis. 2021; 80 (7): 930–942.
9. Izadi Z., Brenner E.J., Mahil S.K., et al. Association between tumor necrosis factor inhibitors and the risk of hospitalization or death among patients with immune-mediated inflammatory disease and COVID-19. JAMA Netw. Open. 2021; 4 (10): e2129639.
10. Gianfrancesco M.A., Leykina L.A., Izadi Z., et al. Association of race and ethnicity with COVID-19 outcomes in rheumatic disease: data from the COVID-19 Global Rheumatology Alliance Physician registry. Arthritis Rheumatol. 2021; 73 (3): 374–380.
11. Izadi Z., Gianfrancesco M.A., Schmajuk G., et al. Environmental and societal factors associated with COVID-19-related death in people with rheumatic disease: an observational study. Lancet Rheumatol. 2022; 4 (9): e603–e613.
12. Conway R., Grimshaw A.A., Konig M.F., et al. SARS-CoV-2 infection and COVID-19 outcomes in rheumatic diseases: a systematic literature review and meta-analysis. Arthritis Rheumatol. 2022; 74 (5): 766–775.
13. England B.R., Roul P., Yang Y., et al. Risk of COVID-19 in rheumatoid arthritis: a national veterans affairs matched cohort study in at-risk individuals. Arthritis Rheumatol. 2021; 73 (12): 2179–2188.
14. Wang Y., D’Silva K.M., Jorge A.M., et al. Increased risk of COVID-19 in patients with rheumatoid arthritis: a general population-based cohort study. Arthritis Care Res. (Hoboken). 2022; 74 (5): 741–747.
15. D’Silva K.M., Jorge A., Cohen A., et al. COVID-19 outcomes in patients with systemic autoimmune rheumatic diseases compared to the general population: a US multicenter, comparative cohort study. Arthritis Rheumatol. 2021; 73 (6): 914–920.
16. Jorge A., D’Silva K.M., Cohen A., et al. Temporal trends in severe COVID-19 outcomes in patients with rheumatic disease: a cohort study. Lancet Rheumatol. 2021; 3 (2): e131–e137.
17. Raiker R., DeYoung C., Pakhchanian H., et al. Outcomes of COVID-19 in patients with rheumatoid arthritis: a multicenter research network study in the United States. Semin. Arthritis Rheum. 2021; 51 (5): 1057–1066.
18. Li H., Wallace Z.S., Sparks J.A., et al. Risk of COVID-19 among unvaccinated and vaccinated patients with rheumatoid arthritis: a general population study. Arthritis Care Res. (Hoboken). 2023; 75 (5): 956–966.
19. Figueroa-Parra G., Gilbert E.L., Valenzuela-Almada M.O., et al. Risk of severe COVID-19 outcomes associated with rheumatoid arthritis and phenotypic subgroups: a retrospective, comparative, multicentre cohort study. Lancet Rheumatol. 2022; 4 (11): e765–e774.
20. Bower H., Frisell T., di Giuseppe D., et al. Effects of the COVID-19 pandemic on patients with inflammatory joint diseases in Sweden: from infection severity to impact on care provision. RMD Open. 2021; 7 (3): e001987.
21. Singh N., Madhira V., Hu C., et al. Rituximab is associated with worse COVID-19 outcomes in patients with rheumatoid arthritis: a retrospective, nationally sampled cohort study from the U.S. National COVID Cohort Collaborative (N3C). Semin. Arthritis Rheum. 2023; 58: 152149.
22. Soriano J.B., Murthy S., Marshall J.C., et al. A clinical case definition of post-COVID-19 condition by a Delphi consensus. Lancet Infect. Dis. 2022; 22 (4): e102–e107.
23. Zhao J., Schank M., Wang L., et al. Plasma biomarkers for systemic inflammation in COVID-19 survivors. Proteomics. Clin. Appl. 2022; 16 (5): e2200031.
24. Di Iorio M., Cook C.E., Vanni K.M.M., et al. DMARD disruption, rheumatic disease flare, and prolonged COVID-19 symptom duration after acute COVID-19 among patients with rheumatic disease: a prospective study. Semin. Arthritis Rheum. 2022; 55: 152025.
25. Аронова Е.С., Гриднева Г.И., Белов Б.С. Всероссийский терапевтический конгресс «Боткинские чтения». Сборник тезисов. СПб., 2022. С. 19–20.
26. Widdifield J., Kwong J.C., Chen S., et al. Vaccine effectiveness against SARS-CoV-2 infection and severe outcomes among individuals with immune-mediated inflammatory diseases tested between March 1 and Nov 22, 2021, in Ontario, Canada: a population-based analysis. Lancet Rheumatol. 2022; 4 (6): e430–e440.
27. Deepak P., Kim W., Paley M.A., et al. Effect of immunosuppression on the immunogenicity of mRNA vaccines to SARS-CoV-2: a prospective cohort study. Ann. Intern. Med. 2021; 174 (11): 1572–1585.
28. Spiera R., Jinich S., Jannat-Khah D. Rituximab, but not other antirheumatic therapies, is associated with impaired serological response to SARS-CoV-2 vaccination in patients with rheumatic diseases. Ann. Rheum. Dis. 2021; 80 (10): 1357–1359.
29. Geisen U.M., Berner D.K., Tran F., et al. Immunogenicity and safety of anti-SARS-CoV-2 mRNA vaccines in patients with chronic inflammatory conditions and immunosuppressive therapy in a monocentric cohort. Ann. Rheum. Dis. 2021; 80 (10): 1306–1311.
30. Medeiros-Ribeiro A.C., Aikawa N.E., Saad C.G.S., et al. Immunogenicity and safety of the CoronaVac inactivated vaccine in patients with autoimmune rheumatic diseases: a phase 4 trial. Nat. Med. 2021; 27 (10): 1744–1751.
31. Bugatti S., De Stefano L., Balduzzi S., et al. Methotrexate and glucocorticoids, but not anticytokine therapy, impair the immunogenicity of a single dose of the BNT162b2 mRNA COVID-19 vaccine in patients with chronic inflammatory arthritis. Ann. Rheum. Dis. 2021; 80 (12): 1635–1638.
32. Simon D., Tascilar K., Fagni F., et al. SARS-CoV-2 vaccination responses in untreated, conventionally treated and anticytokine-treated patients with immune-mediated inflammatory diseases. Ann. Rheum. Dis. 2021; 80 (10): 1312–1316.
33. Szebeni G.J., Gémes N., Honfi D., et al. Humoral and cellular immunogenicity and safety of five different SARS-CoV-2 vaccines in patients with autoimmune rheumatic and musculoskeletal diseases in remission or with low disease activity and in healthy controls: a single center study. Front. Immunol. 2022; 13: 846248.
34. Ferri C., Ursini F., Gragnani L., et al. Impaired immunogenicity to COVID-19 vaccines in autoimmune systemic diseases. High prevalence of non-response in different patients' subgroups. J. Autoimmun. 2021; 125: 102744.
35. Braun-Moscovici Y., Kaplan M., Braun M., et al. Disease activity and humoral response in patients with inflammatory rheumatic diseases after two doses of the Pfizer mRNA vaccine against SARS-CoV-2. Ann. Rheum. Dis. 2021; 80 (10): 1317–1321.
36. Boekel L., Steenhuis M., Hooijberg F., et al. Antibody development after COVID-19 vaccination in patients with autoimmune diseases in the Netherlands: a substudy of data from two prospective cohort studies. Lancet Rheumatol. 2021; 3 (11): e778–e788.
37. Krasselt M., Wagner U., Nguyen P., et al. Humoral and cellular response to COVID-19 vaccination in patients with autoimmune inflammatory rheumatic diseases under real-life conditions. Rheumatology (Oxford). 2022; 61 (SI2): SI180–SI188.
38. Ahmed S., Mehta P., Paul A., et al. Postvaccination antibody titres predict protection against COVID-19 in patients with autoimmune diseases: survival analysis in a prospective cohort. Ann. Rheum. Dis. 2022; 81 (6): 868–874.
39. Saleem B., Ross R.L., Bissell L.A., et al. Effectiveness of SARS-CoV-2 vaccination in patients with rheumatoid arthritis (RA) on DMARDs: as determined by antibody and T cell responses. RMD Open. 2022; 8 (1): e002050.
40. Araujo C.S.R., Medeiros-Ribeiro A.C., Saad C.G.S., et al. Two-week methotrexate discontinuation in patients with rheumatoid arthritis vaccinated with inactivated SARS-CoV-2 vaccine: a randomised clinical trial. Ann. Rheum. Dis. 2022; 81 (6): 889–897.
41. Ammitzbøll C., Bartels L.E., Bøgh Andersen J., et al. Impaired antibody response to the BNT162b2 messenger RNA coronavirus disease 2019 vaccine in patients with systemic lupus erythematosus and rheumatoid arthritis. ACR Open Rheumatol. 2021; 3 (9): 622–628.
42. Simader E., Tobudic S., Mandl P., et al. Importance of the second SARS-CoV-2 vaccination dose for achieving serological response in patients with rheumatoid arthritis and seronegative spondyloarthritis. Ann. Rheum. Dis. 2022; 81 (3): 416–421.
43. Sun J., Zheng Q., Madhira V., et al. Association between immune dysfunction and COVID-19 breakthrough infection after SARS-CoV-2 vaccination in the US. JAMA Intern. Med. 2022; 182 (2): 153–162.
44. Vanni K.M., Patel N.J., Di Iorio M., et al. Breakthrough infection after three doses of COVID-19 mRNA vaccine in systemic autoimmune rheumatic diseases: two cases in patients on TNF inhibitor monotherapy. RMD Open. 2022; 8 (1): e002082.
45. Patel N.J., Wang X., Fu X., et al. Factors associated with COVID-19 breakthrough infection among vaccinated patients with rheumatic diseases: a cohort study. Semin. Arthritis Rheum. 2023; 58: 152108.
46. Cordtz R., Kristensen S., Westermann R., et al. COVID-19 infection and hospitalization risk according to vaccination status and DMARD treatment in patients with rheumatoid arthritis. Rheumatology (Oxford). 2022; 62 (1): 77–88.
47. Jyssum I., Kared H., Tran T.T., et al. Humoral and cellular immune responses to two and three doses of SARS-CoV-2 vaccines in rituximab-treated patients with rheumatoid arthritis: a prospective, cohort study. Lancet Rheumatol. 2022; 4 (3): e177–e187.
48. Chen Y., Xu Z., Wang P., et al. New-onset autoimmune phenomena post-COVID-19 vaccination. Immunology. 2022; 165 (4): 386–401.
49. Watanabe T., Minaga K., Hara A., et al. Case report: new-onset rheumatoid arthritis following COVID-19 vaccination. Front. Immunol. 2022; 13: 859926.
50. Li X., Tong X., Yeung W.W.Y., et al. Two-dose COVID-19 vaccination and possible arthritis flare among patients with rheumatoid arthritis in Hong Kong. Ann. Rheum. Dis. 2022; 81 (4): 564–568.
51. Белов Б.С., Лила А.М., Насонов Е.Л. Вакцинация против SARS-CoV-2 при ревматических заболеваниях: вопросы безопасности. Научно-практическая ревматология. 2022; 60 (1): 21–31.
52. Насонов Е.Л., Лила А.М., Мазуров В.И. и др. Коронавирусная болезнь 2019 (COVID-19) и иммуновоспалительные ревматические заболевания. Рекомендации общероссийской общественной организации «Ассоциация ревматологов России». Научно-практическая ревматология. 2021; 59 (3): 239–254.
COVID-19 in Patients with Rheumatoid Arthritis: Course and Outcomes 

E.S. Aronova, PhD, B.S. Belov, MD, PhD, G.I. Gridneva, PhD  

V.A. Nasonova Research Institute of Rheumatology   

Contact person: Evgenia S. Aronova, eugpozd@mail.ru   

The data accumulated in the early years of the pandemic made it possible to study the features of the course of COVID-19 in patients with RA. The results indicated that patients with RA have an increased risk of SARS-CoV-2 infection due to disorders in the immune system, antirheumatic therapy, including the use of glucocorticoids and genetically engineered biological drugs, and comorbidities.
Since the start of the COVID-19 vaccination campaign, the risk and severity of COVID-19 infection has decreased for patients with RA, but remained higher compared to the general population. In addition, literature data indicate a high risk of breakthrough infection after vaccination. However, new evidence suggests that patients with RA may be at risk of developing post-COVID syndrome. Care must be taken to reduce the risk of infection and to begin treatment of COVID-19 and rehabilitation of patients with RA as early as possible. Further studies of clinical outcomes and mechanisms of post-COVID syndrome in patients with RA are relevant.

ИНСТРУМЕНТЫ